17:57 Похоронка (Георгий Оболдуев) |
Он лежал не один: шевелилось внутри и вокруг В жизнерадостном трепете разнообразное тленье. Он постиг, он проведал: попав под солдатский каюк, Он стал частью родимой ландшафта, земли и растенья.
Плугом врезался в землю разорванной пушки лафет: На ничейной поляне качались высокие травы, Новый, смирный жилец, ежесуточным солнцем прогрет, Обживал обыденность необыкновенной оправы.
И шаги раздались, и солдат подошел к мертвяку; Взял кисет, что лежал в стороне, усмехнулся невзрачно, Постоял, поглядел, не спеша завернул табачку, Еще раз ухмыльнулся мужчина, недобрый и мрачный.
И батальные сцены с Гомера до наших времен, И подробности старых картин, и позднейшие фрески Пробежали в сознанье свидетелями похорон Непонятно и чуждо, как надпись по-древнееврейски,
На войне, на войне, на войне, на войне, на войне Надо счастливу быть, чтобы не умереть превосходно. Чтобы трупом вполне уцелеть, надо счастья вдвойне. Так как будет так точно, как случаю будет угодно.
Мысли лучше не стали и легче не стал карабин, Когда двинулся прочь брат солдат, утомленный и тощий. Поминай высоту двести тридцать один ноль один, Где, сражаясь с фашистами, пал неизвестный близ рощи.
![]() |
Категорія: "День поэзии 1988" | Переглядів: 1090 | | |